Vasily Vavrik - le dernier des Mohicans

Следующую статью о незаслуженно забытых героях Руси хотелось бы посвятить Василию Романовичу Ваврику — галицкому русофилу, белому офицеру и руководителю ‘’Карпато-Русского отряда’’, доктору наук Пражского и Львовского университетов, поэту, исследователю фольклора, и просто хорошему человеку.

XIX век стал веком торжества империй и национализма. В одних случаях национализм был самодовольным бахвальством державных наций, в иных — пробуждением народных сил и потенциала, направленным на качественное преобразование простых масс. Именно таким национализмом было галицкое русофильство. О нём можно рассказывать довольно долго — каждый желающий может сам разузнать об этой теме подробнее. Темой же нашего сегодняшнего рассказа будет судьба одного из таких русофилов, ставшего, быть может, одним из самых известных из них — и нельзя сказать, что не заслуженно.

Василий Романович Ваврик родился 21 марта (2 апреля) 1889 года в селе Яснище под Бродами в Австро-Венгрии в семье зажиточного галицкого крестьянина. Отец, следуя традиции галицких русофилов, отдал сына в немецкую гимназию в Бродах, по окончанию которой Василий, в 1912 году, поступил на юридический факультет Львовского университета — образование на русском языке в Австро-Венгрии было запрещено, а отдавать своих детей в гимназии, контролируемые украинофилами, русские края не хотели. Там юный Ваврик вошёл в местную галицко-русскую среду и стал принимать активное участие в карпато-русском движении. Москвофилы того времени уже подрастеряли своё было влияние, сдав часть своих позиций украинофилам, но всё равно оставались довольно сильной общественной группировкой, со своими депутатами в краевом и цислейтанском парламентах, газетами, собственной культурной средой и объединениями, по прежнему влияющими на жизнь региона. Между тем, близилась Первая Мировая война, навсегда уничтожавшая прежний мир.

Первая Мировая война

Вместе с большинством русофилов, как представитель потенциально нелояльной Габсбургскому Дому группы, вскоре после начала войны Ваврик оказывается в заключении, по доносу попадая в концентрационный лагерь Терезин. Там он знакомится с Гаврилой Принципом, из-за выстрела которого война, собственно говоря, и началась, а позже переводится в другой лагерь Талергоф. Нынешние украинские националисты любят шутить про ‘’австро-венгерский генштаб’’, но, на самом деле, австро-венгерское руководство и впрямь сильно постаралось для устранения русского движения в Галиции, причём — и в физическом отношении тоже. Как писал сам Ваврик:

Некоторые из казнённых в Талергофе. Грекатолический священник и отец троих детей, простой клерк и крестьянин, отец пятерых.

‘’Это был лютейший застенок изо всех австрийских тюрем в Габсбургской империи.<…>

Смерть в Талергофе редко бывала естественной: там её прививали ядом заразных болезней. По Талергофу триумфально прогуливалась насильственная смерть. О каком-нибудь лечении погибавших речи не было. Враждебным отношением к интернированным отличались даже врачи.

О здоровой пище и думать не приходилось: терпкий хлеб, часто сырой и липкий, изготовленный из смеси самой подлой муки, конских каштанов и тертой соломы, красное, твёрдое, несвежее конское мясо дважды в неделю по маленькому кусочку, покрашенная начерно вода, самые подлые помои гнилой картошки и свёклы, грязь, гнезда насекомых были причиной неугасаемой заразы, жертвами которой падали тысячи молодых, ещё вполне здоровых людей из среды крестьянства и интеллигенции.

Для запугивания людей, в доказательство своей силы тюремные власти тут и там по всей талергофской площади повбивали столбы, на которых довольно часто висели в невысказанных мучениях и без того люто потрепанные мученики.’’

Талергоф

Но Австрийской Империи нужно было пушечное мясо для войны, и потому Ваврик был мобилизован в действующую армию, будучи отправленным на Итальянский фронт. Не желая воевать за родину-мачеху, он быстро сдаётся в плен, и, стараниями русского консула, получает свободу, поступая в Русский Экспедиционный Корпус во Франции.

Австро-венгерские позиции на Итальянском фронте, 1915

Пройдя через ряд жестоких сражений против немцев на Западном фронте, в 1917 году, накануне Октябрьской революции, Ваврик попадает в Россию в беспокойный Петроград. Не приняв её, он, как и множество других русских, отправляется на Дон, где вступает в Добровольческую армию и становится первопроходцем. Именно там, в Ростове, он обнаруживает и других ‘’москвофилов’’ — русинов, сражавшихся за Единую и Неделимую Россию, из которых он затем организует ‘’Карпато-Русский отряд’’. Сотня интеллигентов, бывших студентов, гимназистов и крестьян, с честью прошла всю войну, от Кубанского похода и до обороны Крыма. Под её конец, Ваврик был в чине капитана.

 Некоторые из отличившихся бойцов Карпаторусского отряда

В эмиграции наш герой поначалу оказался в Праге. В новосозданной Чехословакии были созданы, возможно, наилучшие условия для русских эмигрантов, (в особенности же ветеранов Первой Мировой и Гражданских войн), и прежде всего кондиции для получения русскими апатридами гимназистского и университетского образования за государственный счёт. Именно этим и воспользовался Василий Романович, став студентом древнего Карлова института в Праге, закончив его в 1925 году. С блеском защитив диссертацию ‘’Яков Головацкий и его значение в галицко-русской словесности’’, он становится доктором славянской филологии. Проработав в ужгородском ‘’Русском православном вестнике’’, Ваврик вернулся во Львов, где в 1926 году стал также и доктором философии за диссертацию ‘’И.Н.Вагилевич, его жизнь и деятельность’’. Там, в условиях полонизаторской политики Пилсудского и противодействия ей в виде радикально-украинской ОУН, он продолжает свою галицко-русскую просветительскую деятельность, становится членом древнего Ставропигийского института, ведущего свои корни ещё из XVI столетия, работает редактором ‘’Временника Ставропигийского института’’. Как бывший узник Талергофа, он принимает участие в составлении ‘’Талергофских альманахов’’ — подробных сборников, посвящённых истории уничтожения австро-венгерской властью представителей карпато-русского движения. Пишет он и исследования о видных галицких русофилах — И.Г.Наумовиче (1826–1891), О.А.Мончаловском (1858–1906), Д.А.Маркове (1864–1938), и других. К этому времени относится ряд его собственных поэтических сборников и несколько повестей, а также участие в двух сборниках (‘’Сборник русских поэтов в Польше’’ и ‘’Антология русской поэзии в Польше’’), перевод ‘’Слова о полку Игореве’’ на галицкое язычие (‘’Слово о полку Игореве, в 750-літню річницю его появления, з вступним словом, поясненням тексту і переводом на галицько-руську народну мову’’), очерк о карпатороссах в Белой армии (‘’Карпатороссы в Корниловском походе и Добровольческой армии’’) и ряд работ по истории (в том числе и церковной) и культуре края.

Один из трудов Ваврика.

Присоединение земель Восточной Украины и Восточной Белоруссии обернулось закрытием всех русофильских учреждений Восточных Кресов. Тем не менее, бывший белый капитан чудом смог устроиться и не попасть под каток репрессий, став преподавателем русского языка во Львовском университете. С оккупацией Львова немцами, Ставропигия смогла восстановить свою работу, и активное участие в оной снова принял Ваврик, который, тем не менее, симпатизировал Советскому Союзу, а двое его братьев — Пётр и Павел — были расстреляны немцами за участие в сопротивлении.

После окончания Второй Мировой войны Ваврик вновь стал преподавать русский язык во Львовском университете, став также научным сотрудником Львовского исторического музея. Он принимал активное участие в жизни православного прихода при церкви Святого Георгия во Львове, поддерживая тесные контакты с другими русскими галичанами, продолжая, таким образом, дело своего отца да и своей собственной молодости.

Церковь Святого Георгия, Львов

Ваврик продолжил писать стихи как и на литературном русском, так и на местном язычии, тайно сотрудничая также с эмигрантским карпаторусским журналом ‘’Свободное слово Карпатской Руси’’ (Михаил Туряница, США), выступавшем с одной стороны, против местечковых националистов, но, в то же время, и против антикоммунистов. Тем не менее, журнал признавал главную роль лично Сталина в создании Украины, отдавая ему за это всё должное, с отрицательной, конечно, стороны. Сотрудничал Ваврик также и с Карпаторусским календарём Лемко-Союза, в котором помещал свои связанные с лемками исследования.

Вообще говоря, взаимоотношения Ваврика с советской властью были довольно сложные. Воюя против неё в годы Гражданской войны, позже он де-факто смирился с ней: с одной стороны, ему, естественно, не могла нравится украинизация Галиции и подавление местного русофильского движения, с другой — ему крайне импонировал сам факт объединения Москвы и Львова в одном государстве — особенно учитывая то, что из русского политического поля Галиция выпала ещё в 1392 году. В принципе, присоединение Львова к СССР в этом отношении и впрямь теоретически могло дать положительные результаты — общее государство, интеграция в единое пространство, миграция русских из РСФСР, но на практике привело к ещё большей русофобии и отторжению русской идентичности — если ещё во время Гражданской войны Украинская Галицкая Армия довольно лояльно относилась к белогвардейцам, то ныне Галиция — это оплот антирусского украинского национализма. И политика советских властей, с которыми ассоциировалась Россия как таковая, сыграла в этом не последнюю роль.

Присоединение Западной Украины в 1939.

Учитывая, что советская власть не признала ни одну из его докторских степеней, полученных зарубежом, в 1956 году ему пришлось защитить диссертацию по филологии в Киевском институте литературы имени Т.Шевченко при Академии наук Украины.

В конце жизни Василий Романович вышел на пенсию и жил в одном из зданий, раннее принадлежавших Ставропигии, на улице Ивана Фёдорова — русского печатника, связавшего и Московию, и Львов. Скончался Василий Романович Ваврик по одним данным 5, по другим 7 июля 1970 года, и был похоронен в Братской могиле галицко-русских писателей и журналистов на Лычаковском кладбище.

Братская могила галицко-русских журналистов, Львов, Лычаковское кладбище

Nikita Novsky

Vespa sur les réseaux sociaux

Des matériaux que vous ne trouverez pas sur le site

GTranslate Your license is inactive or expired, please subscribe again!