Российская стратегия в Афганистане (перевод статьи Foreign Affairs)

Представляем вашему вниманию перевод статьи Foreign Affairs Russia’s Afghanistan Strategy.

На протяжении последних 15 лет Россия и США преследовали примерно одинаковые цели вАфганистане: не допустить хаоса и предотвратить создание там заповедника для террористов. Это позволяло двум странам сотрудничать. Однако под поверхностью лежат важные различия. Несмотря на то, что обе стороны заинтересованы в стабильности, понимают они её по-разному. Американский подход основан на создании сильного центрального правительства в Кабуле с мощной, хорошо подготовленной армией; Россия же со своей стороны сотрудничает с разнообразными силами, некоторые из которых напрямую противостоят афганскому правительству. Россия даже наладила прямой контакт с Талибаном, тем самым легитимизируя группировку, угрожающую безопасности правительства и НАТО-вской коалиции. На протяжении последних лет увеличивалось отдаление между стратегиями этих двух игроков. Россия все более убеждается в том, что американский подход не работает и политическая воля в Вашингтоне о продолжении американского присутствия рано или поздно изменится. В Москве считают, что РФ должна быть готова самостоятельно иметь дело с нестабильным Афганистаном. Для России это серьёзный вызов, однако в тоже время и возможность подорвать позиции США – выступить с позиций главенствующей силы, в то время как американцы отступают.

ОТСТРАНЕНИЕ

Когда Соединённые Штаты вторглись в Афганистан в 2001 году, интересы обеих стран были во многом сходны. Оба хотели выбить Аль-Каиду и предотвратить создание вАфганистане в базу для террористов. Все время с момента вывода советских войск Москва опасалась вакуума власти, который бы позволил процветать экстремизму и распространять террористические угрозы. Москва настороженно относилась к перспективе длительного американского военного присутствия в стране, но все же смирялась с операциями НАТО-вской коалиции в надежде на то, что это поможет привнести стабильность в Среднеазиатский регион. Своего пика российско-американские отношения достигли при Обаме, когда русские позволили силам НАТО транспортировать военные грузы и технику через свою территрию, начали продавать вертолеты Ми-17 афганскому правительству и совместно с США боролись с производством опийного мака и наркоторговлей.

Но по прошествии определенного времени Россия начала терять уверенность в американском желании и способности завершить свою миссию в Афганистане. Москва приступила к формированию собственной стратегии для защиты своих интересов и смягчения последствий потенциального падения афганского правительства.

Похолодание в российско – американских отношениях после незаконной аннексии Крыма в 2014 году серьезно ослабило желание России поддерживать Соединенные Штаты. Вместе с тем, Москва однозначно дала понять, что не заинтересована в резком выводе войск США. В январе 2017 года Замир Кабулов, спецпредставитель президента РФ по Афганистану заявил, что “в случае решения президента Трампа вывести контингент, все рухнет”.

Однако несмотря на поддержку американского присутствия, Россия была недовольна новой афганской стратегией США, объявленной администрацией Трампа в конце августа. В глазах Москвы стратегия, которая предусматривает ограниченное увеличение войск, более пристальное внимание к антитеррористическим мерам и необозначенные временные рамки – примерно все то же самое, что было при Обаме. Министр иностранных дел РФ Лавров назвал упор на военную силу “тупиком”, а пресс-секретарь МИДа предположила, что эта стратегия не отличается от подхода администрации Обамы, который не смог “улучшить ситуацию с безопасностью”. Российские официальные лица также критиковали решение Пентагона о прекращении закупок Ми-17 для афганской армии и замену вертолётов на “Чёрные Ястребы”, заявляя что это политическое, а не практическое решение, мотивированное анти-российскими санкциями.

СЦЕНАРИЙ КРЕМЛЯ

В последние годы Россия предприняла череду внешнеполитических маневров на Ближнем Востоке с целью приобрести политическую и экономическую выгоду и позиционировать себя в качестве ключевого игрока в решении будущих конфликтов. Эти шаги включали: российское вмешательство в Сирии; поддержку генерала Халифа Хафтара, главы Ливийской Национальной Армии в гражданской войне в Ливии; а также сотрудничество с Египтом и заключение соглашения об использовании египетского воздушного пространства и аэродромов российскими ВКС. Активность в Афганистане расширение этой стратегии, и сейчас простирается за пределы простого поддержания стабильности в регионе. РФ развивает собственную сеть контактов и агентов с целью защищать свои интересы в случае коллапса центрального правительства. Русские также стремятся укрепить свои позиции в качестве регионального игрока и укрепить свою международную репутацию как необходимого участника при решении любого глобального кризиса.

Возросшее российское присутствие в Афганистане включает в себя инвестиции в бизнес, дипломатические контакты, культурные программы, а также финансовая и военная поддержка афганскому правительству, разным группировкам, обладающим властью в северных регионах страны, и конечно, Талибану.

В 2014 году был вновь открыт русский культурный центр в Кабуле. С 2016 года РФ предоставила десятки тысяч единиц стрелкового оружия и тонны боеприпасов афганскому правительству.

Преследуя свои цели, у России есть несколько преимуществ. Многие военные, офицеры спецслужб и дипломаты имеют опыт работы в Афганистане ещё со времён советско-афганской войны. Существенная часть афганских официальных лиц и также военных, получили образование или тренировались в СССР. А российское правительство, теперь свободное от официальной идеологии, вольно поддерживать связи с любой группировкой, которая им кажется наиболее влиятельной.

Эта гибкость позволила России работать с Талибаном. Кремль считает, что основная цель группировки – захват территорий в Афганистане под свой контроль. Таким образом это угроза центральному правительству, но интересы талибов не простираются за границы страны. Совсем иначе Москва рассматривает ИГИЛ, который присутствует в некоторых районах Афганистана и Пакистана. ИГИЛ рассматривается как международная террористическая группировка, угрожающая странам Средней Азии и России. В 2015 году Кабулов заявил, что интересы России и Талибана “совпадают” в вопросе разгрома террористов ИГИЛ. Реальный масштаб поддержки, оказываемой Талибану остаётся неизвестным, включая вопрос о вооружении Россией талибов. Ключевой пункт – это то, что Москва наладила отношения с лидерами Талибана, которые она будет использовать для наращивания своего влияния и обеспечения переговоров о мире. Мохаммад Атмар, советник по нацбезопасности Афганистана, в ноябре подчеркнул “существенную роль” Москвы в попытках привести Талибан за стол переговоров.

Москва уже предприняла ряд дипломатических мер. С декабря 16 года по апрель 17 Москва провела три раунда переговоров с участием Китая, Ирана и Пакистана. В последний раунд включили и Афганистан. В октябре Россия принимала конактную группу ШОС по Афганистану. Это встреча, в которой принимают участие Индия и Пакистан, а также представители афганского правительства. И хотя эти переговоры не принесли конкретных результатов, Россия добилась успеха в своей главной задаче: позиционировать себя в качестве ключевого игрока на будущих переговорах

Москва также работала над усилением своих двусторонних контактах с другими странами региона. В 2016 году Россия и Пакистан впервые в истории провели совместные военные учения, а также был заключён контракт на поставку российских ударных вертолётов МИ-35. Для упрочнения своих афганских контактов и отношений с Талибаном, Россия сотрудничает с Ираном, своим партнёром по сирийской кампании. Видимое присутствие России в качестве ключевого игрока в Афганистане усилит уверенность стран Средней Азии в том, что Россия способна обеспечить их безопасность,в то время как Китай усиливает своё влияние с помощью инвестиций, торговли и масшатьного инфраструктурного проекта “Один пояс, один Путь”.

Российский подход в Афганистане частично повторяет некоторые элементы успешной сирийской стратегии. В обеих странах Россия воспользовалась ослаблением и ошибками США. Участвуя в переговорах в Афганистане, как и с участниками сирийского конфликта, РФ гарантировала, что станет частью любого потенциального мирного урегулирования. А непосредственно формируя ситуацию на месте, Москва закрепляет своё долгосрочное влияние, а также вынуждает США признать её роль в стране. В Сирии это было сделано военной силой, в Афганистане задействуются связи с ключевыми политическими фигурами, а также культурные и коммерческие связи.

НЕ СЛЕДУЕТ ОЖИДАТЬ МНОГОГО

Афганистан находится в столь тяжёлом положении, что России и США есть над чем кооперировать. Есть террористические формирования, которые нужно уничтожать, афганская армия нуждается в вооружении и подготовке. Инфраструктуру и экономику страны требуется восстанавливать, а также оказывать гуманитарную помощь населению. Обе страны заинтересованы в разгроме ИГИЛ, чье присутствие растёт в северном и восточном Афганистане. Россия хочет прекратить производство героина; согласно проведённому в 2014 году по заказу конгресса США исследованию, порядка 25% афганского героина поступает в Россию через страны средней Азии. Производство героина – важный источник дохода для афганских террористов. Но российский и американский подход слишком сильно расходятся; единственные проблемы, по которым которыми можно сотрудничать – это борьба с наркотиками и контртеррор. И даже тогда результаты будут ограниченными. Некая тактическая кооперация, такая как предоставление информации о местонахождении тероористов, и прочие “целеуказания” – будет возможна. Однако опыт сирийского конфликта, в котором Москва недавно напрямую нарушила жёстко прописанные протоколы о взаимодействии в воздушном пространстве, показывает, что ожидать многого не приходится.

Что хуже, российское вовлечение в Афганистане будет напрямую причинять ущерб американским интересам. Возросшая активная роль Москвы позволила враждующим группировкам опереться на внешнюю силу в борьбе друг против друга. Это усилит конфликты внутри страны, в то время как стабильность страны зависит от силы центральной власти. Российская связь с Талибаном приободрило группировку, которая много сделала чтобы помешать центральному правительству консолидировать власть.

Перевод: Антон Беннен

Антон Беннен

Vespa в социальных сетях

Материалы, которые Вы не найдете на сайте