Политтеория вечного национализма

В данной статье будет рассмотрена история становления национализма наций и этносов. Будет показано, что в те времена, когда национализма как такового не было, люди, как и сейчас защищали свой народ, язык народа, обычаи народа, защищали свой этнос, подобно современным националистам.

Любой национализм начинается с пелёнок, с первого слова, сказанного на национальном языке, с первой песни, спетой на языке своего народа. С раннего детства человек воспринимает себя как часть некоего народа, часть нации, часть этноса. В детстве человек учит историю своего народа, учит основы веры/религии своего народа, учит традиции своего народа. В данной статье раскроем, как развивалось понимание о своём народе с ранних времён.

Во времена эллинизма, ещё до появления такого понятия как национализм, люди делили всех на чужих и своих. Так греки называли себя эллинами, а чужих варварами, указывая на непонимание их языка. Позднее римляне переняли такое же деление. Так римляне называли варварами: сасанидов, даков, финикийцев, и прочих. В данном случае можно говорить скорее о гражданском национализме. Ибо позднее в эпоху Возрождения Данте Алигьери в трактате «Монархия» оправдывает экспансионизм Рима тем, что он нёс другим народам своё законодательство (право), из этого можно сделать вывод, что «римская нация» Рима было понятие скорее правовым, но это условность, ибо самого понятия «национализм» не было. При этом были попытки централизации населения империи через органы власти и общий пантеон, с единым языком.

Почти тоже самое можно было увидеть и в Азии, так в Китае верили, что лучшие люди живут лишь в Поднебесной, при том в центре, чем дальше от этого «центра», тем более «дикий» и «некультурный» человек.

В индии более религиозное понимание нации, ибо всё определяла варновая система, так варна жрецов на верху, а на самом дне рабы и чужаки.

Из приведённых примеров видно, что изначальное понимание нации было близко к современному понятию гражданского национализма, при этом даже гражданский национализм не сделал Рим единым, многие этносы давали о себе знать, ибо даже общий латинский язык местами имел свои особенности (народная латынь).

С падением Рима в Европе было переосмысление деления на чужой/свой и имело свои особенности. Религиозное право преобладало, люди делились на единоверцев и еретиков. Особым примером можно поставить крестовые походы, когда европейцы шли на Святую Землю воевать с единым врагом, но всё было не так гладко, ибо шли не вместе и было множество конфликтов, которые имеют свои корни, некоторые из них связанны с протонационализмом. При всём этом, в попытке создать единую европейскую (христианскую нацию), был использован и единый общий язык, латинский.

С целью сохранения родного языка появлялись первые национальные идеи. Писатели эпохи Возрождения отходили от использования латинского языка, и использовали национальные языки. На этой почве в Италии сформировались взгляды таких мыслителей, как Петрарка, Рьенци (Кола ди Риенцо) и Макиавелли. Во Франции, где национальное сознание было связано с именем Жанны Д’Арк, с 1539 г. законы и распоряжения издавались на французском языке.

Наглядным примером можно поставить Священную Римскую империю. В эпоху Средневековья она представляла собой цветущее многообразие народной и племенной жизни, которая препятствовала застывшему и мертвому единообразию. Гражданин Священной империи, тем самым, лишь отчасти обнаруживал свою национальную идентичность в универсальной христианской идее. Отчасти она коренилась в его народно-племенной принадлежности, его языке, обычаях и жизненном пространстве, которыми были отмечены эти племена и народы. Речь идет о христианских саксах, франках, ломбардцах, лотарингцах и других.

Согласно М. Манну, нации не могли возникнуть до начала западных демократических революций, которые сделали массы главным игроком на политической сцене. Это связанно с тем, что изначально монархии формировали нации. Возьмём в пример Испанию, при большом многообразии этносов было трудно сохранить единство. Кастилия, Леон, Галисия, Баски, Каталония, Арагон, Андалусия, и т.д., везде были свои обычаи, монархам было невыгодно такое разнообразие, а если учесть ещё и то, что испанской монархии принадлежали Неаполь и земли сегодняшней Голландии, национализм был вреден.

Так национализм изобрели французские революционеры, сразу взяв в свои руки, свергнув монархию, объявив себя единой нацией, забыв о том, кто гасконец, а кто аквитанец. Так стали стираться границы между народами государства. Так народы Франции, говорившие на разных диалектах, имевшие отличные традиции стали единым народом. Так можно увидеть не только политическую революцию, но и революцию в умах людей. Ранее всех людей соединял в себе лишь монарх, единой властью скреплявший Нормандию с Шампанью. Теперь люди сами объединились, без короля. Но с развитием левых идей, национализм левых, объединяющий людей одной страны, стал национализмом классов. Так национализм постепенно превратился в интернационал, именно из-за таких тенденций данная идеология перестала быть оружием левых.

Позднее уже сторонники монархии смогли взять на вооружение национализм, отобрав его у идеологических противников. Так стала формироваться Испанская нация, на основе иберийских земель, подчинённых королю Испании, которая по этой причине отлична от португальской нации, подчинённой своему королю.

Великобритания формировала свою нацию, медленно формировалась итальянская нация. Первые нации формировались внутри государств, а точнее, под властью того, или иного монархического дома. На этом фоне уместно показать пример цитатой, Луи Наполеон Бонапарт (1808 – 1873): «В Европе, насчитывается 30 млн французов, 15 млн испанцев, столько же итальянцев, 30 млн немцев и 20 млн. поляков. Я хотел превратить каждый из этих народов в отдельную нацию». На основании принципа национальности он хотел добиться пересмотра европейских границ, установленных договорами 1815 г., и присоединения к Франции земель на левом берегу Рейна.

Национализм можно назвать обоюдоострым мечом, ибо получили не только усиление короны монарха, но и обратное. Так Османская Империя не смогла сохранять единство внутри страны, чем воспользовались Славяне. Восстав Славяне получили поддержку братьев по крови, языку, вере. Или пример с Россией, когда, помогая единоверным братьям на Балканах, не смогли до конца консолидировать Братьев на западе, называя себя «Защитниками Славянства».

Не гул молвы прошел в народе, 
Весть родилась не в нашем роде —
То древний глас, то свыше глас:
«Четвертый век уж на исходе, —
Свершится он — и грянет час!»
И своды древние Софии,
В возобновленной Византии,
Вновь осенят Христов алтарь.
Пади пред ним, о царь России, —
И встань как всеславянский царь!

Ф. И. Тютчев.
Пророчество

Так Эрнст Бернард Хаас (1924 – 2003) дал несколько понятий

Либеральный национализм, согласно Хаасу, рассматривает нацию как братскую общность, имеющую своей целью реализацию прав и свобод индивидов и содействующую тем самым обеспечению счастья для всех. Естественно, либеральный национализм тесно связан с идеологиями прогресса — как духовного, так и материального.

Якобинский национализм отличается от либерального тем, что он предписывает общности распространять и насаждать либеральный национализм среди других народов.

Майкл Манн (1942) о этапах национализма

Первый этап — до 1870-х гг. — Манн называет милитаристским. Военное соперничество потребовало невиданного увеличения налогов и расширения призыва на воинскую службу, что прежде всего затрагивало низы. Исключенные из политического гражданства, они стали требовать политического представительства как «народ» или «нация».

Второй этап — индустриальный — продолжался с 1870-х гг. до Первой мировой войны. Он отличался двумя особенностями. Во-первых, понятие народного суверенитета распространилось в конце концов на подчиненные классы. Это было следствием вовлечения их в политику благодаря развитию индустрии, торговли и торгового земледелия. Во-вторых, расширились экономические функции государства — оно занялось созданием средств сообщения для индустрии — строительством каналов, дорог, в том числе железных, почты, телеграфа, школ.

Третий этап — модернизма, — по Манну, начинается после Первой мировой войны. К этому периоду ушло со сцены большинство старых авторитарных и полуавторитарных режимов, а вместе с ними и средства традиционного централизованного контроля над массами. Консерватизм раскололся на парламентский и авторитарный радикализм правых, и каждое из данных направлений стало искать свой способ обращения с народным суверенитетом. Радикальные правые намного превосходили традиционных консерваторов в возможности мобилизации масс сверху вниз.

Далее взглянем на различие Гражданского и Этнического национализма. Это будет важно, ибо это поможет понять специфику национализма в современном мире. Данное деление национализма легче проследить на примере Европы.

Западный: (гражданский) национальность определятся гражданством (Европа западнее Германии.)

Восточный: (этнический) национальность определяется родством, языком, культурой (Германия и страны восточнее)

Так становиться понятно, почему во Франции негры тоже французы, а в Росси националисты негодуют по поводу того, что в состав русской нации причисляют себя люди неславянской внешности. Особенно эти понятия рознятся в случае с Кореями, когда один этнос условно делится на две нации, или граждане Швейцарии состоят из более чем трёх этносов, считают себя одной нацией.

Энтони Смит (1939): концепция гражданского национализма

Согласно Смиту, гражданский национализм не менее жесток и бескомпромиссен, нежели этнический национализм. Гражданский национализм требует в качестве цены за получение гражданства и его преимуществ капитуляции этнической общности и индивидуальности, перемещения этнической религии в приватную сферу, маргинализации этнической культуры и наследия меньшинств в границах национального государства.

Во время чтения статьи можно будет заметить, что один человек одновремено может принадлежать сразу двум нациям. Пример с Испанией много раз был приведён, используем его ещё раз. Так каталонец в мире может называться испанцем, указывая на своё иберийское происхождение, но в Испании он может указать на то, что он каталонец, указывая на своё региональное происхождение. Два вида национализма, микронационализм и макронационализм. Макро/Микро есть один из главных бичей современного мира, так сопротивляясь глобализации, народы в противовес всеобщей унификации возвеличивают свою уникальность. Так можно только в Западной Европе увидеть возрождение кельтских народов и их борьбу со всем английским, как попытки Шотландии выйти из Великобритании и возрастание Ирландского языка в Ирландии. Поднимают голову в Испании жители Андалусии Каталонии и баски. Можно привести в пример множество сепаратистских регионов только в Западной Европе Бретань, Фландрию, Валонию.

Из всей статьи видно, что во все времена были две тенденции на объединение людей в нации, и на разделение людей на нации. Можно привести в пример попытки создать сверх государства вроде ЕС, или корпорации, которые сегодня могут на равных разговаривать с государствами, уничтожая национальные и этнические составляющие, мелкие этносы костью в горле стоят, не давая перемолоть себя, или на оборот, единяются на добровольной основе, создавая порой нечто большее, чем даже макронация. Отдельные этносы смогли пережить «правовой» «национализм» римлян, религиозный в средневековье, монархический и либерально демократический, и даже паннационализм (вроде панславизма и пангерманского, на примере Баварии и Бранденбурга видны различия). Нам остаётся лишь выбирать, какое будет первое слово будущих поколений, какая будет первая песня, и на каком языке. Частью чего мы будем, частью какой нации, частью какого этноса. Историю какого народа человек выучит в первую очередь, и воспримет за свою историю, основы какой веры/религии воспримет, какие традиции народа примет за свои.

Если вы находите важным то, что мы публикуем подобные материалы, поддержите авторов 

Аватар

Владислав Кочкин

Vespa в социальных сетях

Материалы, которые Вы не найдете на сайте